Противодействие преступности несовершеннолетних в России и государствах СНГ: сравнительно-правовой анализ

Актуальность исследования обусловлена тем, что преступность несовершеннолетних остаётся одним из наиболее значимых индикаторов состояния правопорядка, а системы её профилактики в России и государствах — участниках СНГ за последние десятилетия разошлись по ряду принципиальных параметров. Несмотря на общее правовое наследие, национальные модели профилактики существенно различаются по степени институционализации ювенальной юстиции, роли медиативных технологий и участию институтов гражданского общества. Это делает востребованным сравнительно-правовой анализ, который позволил бы выявить как общие закономерности, так и национальные особенности, а также сформулировать предложения по совершенствованию российского законодательства с учётом положительного опыта государств СНГ.

Преступность несовершеннолетних традиционно рассматривается в криминологии как один из наиболее значимых индикаторов состояния правопорядка и нравственного здоровья общества. Будучи составной частью общей преступности, она характеризуется повышенной степенью общественной опасности не только в силу непосредственного причинения вреда, но и вследствие долгосрочных негативных последствий: подростковая криминализация выступает фактором, детерминирующим рецидивную и профессиональную преступность во взрослой среде [4, с. 231].

Государства постсоветского пространства, включая Российскую Федерацию и другие страны Содружества Независимых Государств (далее - СНГ), столкнулись в последние десятилетия с сопоставимыми вызовами в сфере противодействия правонарушениям несовершеннолетних. Социально-экономические трансформации, институциональные изменения в системах образования и воспитания, а также общее наследие советской правовой системы создают предпосылки для сравнительного анализа подходов к профилактике подростковой преступности.

Сравнительно-правовой анализ охватывает Российскую Федерацию, Республику Беларусь, Республику Казахстан и Республику Узбекистан как государства, наиболее репрезентативно отражающие различные модели профилактики на постсоветском пространстве. При этом отдельные тенденции рассматриваются с учётом данных по другим государствам СНГ. Анализ проведён по единым критериям: возраст уголовной ответственности; наличие специальной главы об ответственности несовершеннолетних; перечень принудительных мер воспитательного воздействия; наличие элементов ювенальной юстиции; институциональная структура системы профилактики.

Правовое регулирование ответственности несовершеннолетних и системы их профилактики в государствах постсоветского пространства имеет как общие корни, так и существенные различия, обусловленные национальными особенностями правовых систем и уголовной политики.

В Российской Федерации основу правового регулирования противодействия преступности несовершеннолетних составляют Конституция РФ [1], Уголовный кодекс РФ (далее - УК РФ) [2], Уголовно-процессуальный кодекс РФ, Уголовно-исполнительный кодекс РФ, а также специализированный Федеральный закон от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» [3].

УК РФ содержит специальную главу 14 «Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» (ст. 87–96), которая устанавливает пониженные возрастные границы уголовной ответственности (общий возраст - 16 лет, за отдельные преступления - 14 лет), ограниченный перечень наказаний, применимых к несовершеннолетним, а также приоритет принудительных мер воспитательного воздействия перед уголовным наказанием [2].

Сопоставление ключевых параметров правового регулирования ответственности несовершеннолетних в России и государствах СНГ представлено в таблице 1.

Таблица 1. Правовое регулирование ответственности несовершеннолетних в России и государствах СНГ

Как показывают сравнительно-правовые исследования, в уголовных кодексах стран СНГ прослеживается тенденция к унификации подходов к регулированию ответственности несовершеннолетних, что обусловлено как общим правовым наследием, так и модельным законотворчеством в рамках Содружества. Вместе с тем, наблюдаются и существенные различия.

Например, в Уголовном кодексе Республики Беларусь также выделена самостоятельная глава об особенностях ответственности несовершеннолетних, однако перечень преступлений, за которые ответственность наступает с 14 лет, имеет определённую специфику. В Уголовном кодексе Республики Казахстан значительное внимание уделяется системе ювенальной юстиции и специализированным судам по делам несовершеннолетних, что отражает более высокую степень институционализации данного направления. В уголовном законодательстве Республики Узбекистан, напротив, традиционно акцент делается на приоритете мер воспитательного воздействия и широком применении освобождения от уголовной ответственности с передачей под надзор родителей или специализированных органов.

Значительный интерес представляет опыт Российской Федерации и государств-участников СНГ в сфере уголовно-правовой охраны несовершеннолетних от преступных посягательств. Сравнительный анализ показывает, что, несмотря на общие подходы, существуют различия в установлении уголовной ответственности за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий, а также за жестокое обращение. В ряде стран СНГ данные составы преступлений имеют более широкую или, напротив, более узкую трактовку, что создаёт предпосылки для взаимного обогащения законодательного опыта.

Современная преступность несовершеннолетних в России характеризуется рядом криминологически значимых особенностей. Согласно официальным статистическим данным, в последние годы наблюдается тенденция к снижению абсолютных показателей зарегистрированной подростковой преступности, что, однако, не должно создавать иллюзию благополучия. Как отмечается в научной литературе, «снижение уровня преступности несовершеннолетних не всегда является прямым следствием эффективности профилактической деятельности, поскольку может быть обусловлено и демографическими факторами (сокращение численности населения в возрасте 14–17 лет), а также изменениями в учётно-регистрационной дисциплине правоохранительных органов» [5, с. 66].

Официальные статистические данные о состоянии преступности несовершеннолетних в России содержатся в ежегодных сборниках МВД России «Состояние преступности в России» и в статистических отчётах Судебного департамента при Верховном Суде РФ. По данным этих источников, в 2010–2025 гг. наблюдается устойчивое снижение абсолютных показателей зарегистрированной подростковой преступности при одновременном росте доли тяжких и особо тяжких составов.

К числу наиболее характерных особенностей современной подростковой преступности в России относятся [4]:

Преобладание корыстных и корыстно-насильственных преступлений, среди которых доминируют кражи (до 60% от всех преступлений, совершённых несовершеннолетними), грабежи и разбои.

Высокий уровень групповой преступности: более половины преступлений совершаются несовершеннолетними в составе групп, причём значительная часть таких групп имеет смешанный возрастной состав (с участием взрослых).

Омоложение преступности: в структуре выявленных несовершеннолетних преступников возрастает доля лиц в возрасте 14–15 лет.

Рост числа преступлений, совершённых в состоянии алкогольного и наркотического опьянения.

Сравнительный анализ состояния преступности несовершеннолетних в странах СНГ показывает, что, несмотря на национальную специфику, наблюдаются общие тенденции и закономерности. Как отмечается в научной литературе, для большинства постсоветских государств характерны [8, с. 155]:

Снижение абсолютных показателей подростковой преступности в 2010–2020-е годы;

Преобладание имущественных преступлений в структуре;

Высокая латентность преступности несовершеннолетних;

Тесная связь подростковой преступности с семейным неблагополучием и социальной депривацией.

Вместе с тем, имеются и существенные различия. Например, в государствах Центральной Азии (Узбекистан, Таджикистан, Кыргызстан) более значимую роль в структуре преступности несовершеннолетних играют преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, что обусловлено географическим положением и транзитным характером наркотрафика. В странах Закавказья (Армения, Азербайджан, Грузия) отмечается более высокий удельный вес насильственных преступлений, совершаемых несовершеннолетними.

Указанные региональные различия подтверждаются данными статистических сборников МВД России и аналитических материалов Исполнительного комитета СНГ.

Системы профилактики правонарушений несовершеннолетних в России и странах СНГ имеют как общие институциональные черты, обусловленные советским наследием, так и национальные особенности, сложившиеся в постсоветский период.

В Российской Федерации система профилактики включает в себя комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (далее - КДНиЗП), органы управления социальной защитой населения, органы управления образованием, органы опеки и попечительства, органы по делам молодёжи, органы управления здравоохранением, органы службы занятости, органы внутренних дел (подразделения по делам несовершеннолетних, центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей), а также учреждения уголовно-исполнительной системы (воспитательные колонии, следственные изоляторы) [7, с. 36].

Как показывают исследования, ключевая проблема российской системы профилактики заключается в недостаточной скоординированности действий указанных субъектов. Отсутствие единого координационного центра, ведомственная разобщённость, а также несовершенство механизмов обмена информацией приводят к тому, что профилактическая деятельность нередко носит формальный и фрагментарный характер.

В большинстве стран СНГ система профилактики имеет общие институциональные черты, но различается по ряду параметров. Например, в Республике Казахстан значительная роль отводится специализированным межведомственным комиссиям, а также внедрены элементы ювенальной юстиции, включая специализированные суды по делам несовершеннолетних и службы пробации [9, с. 39]. В Республике Беларусь акцент делается на воспитательной функции учреждений образования и активном участии общественных организаций.

Сравнительный анализ мер профилактического воздействия позволяет выделить как общие, так и специфические подходы.

Общие меры, применяемые в России и странах СНГ, включают:

индивидуальную профилактическую работу с несовершеннолетними, находящимися в социально опасном положении;

профилактику семейного неблагополучия;

организацию досуга и занятости несовершеннолетних;

правовое просвещение;

выявление и пресечение фактов вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий.

Особенности российской системы:

доминирование карательно-репрессивного компонента в деятельности подразделений по делам несовершеннолетних органов внутренних дел;

недостаточное развитие восстановительных и медиативных технологий;

слабая вовлечённость институтов гражданского общества в профилактическую деятельность.

Особенности систем стран СНГ:

в Республике Казахстан - активное внедрение программ ювенальной пробации и медиации;

в Республике Беларусь - развитая система внешкольного воспитания и идеологической работы;

в Республике Узбекистан - акцент на ресоциализации через систему профессионального образования и трудовую занятость.

Как показывает анализ научной литературы и практики, одной из наиболее острых проблем, характерных как для России, так и для большинства стран СНГ, является недостаточная эффективность межведомственного взаимодействия в сфере профилактики преступности несовершеннолетних.

Исследователи выделяют следующие системные проблемы [10, с. 36]:

Размытость ответственности между субъектами профилактики, отсутствие чёткого распределения функций и зон ответственности.

Несовершенство информационного обмена между ведомствами, что приводит к дублированию работы или, напротив, к появлению «белых пятен» в профилактическом воздействии.

Недостаточная профессиональная подготовка специалистов, работающих с несовершеннолетними правонарушителями, особенно в части применения психолого-педагогических методов.

Нехватка ресурсного обеспечения (финансового, кадрового, материально-технического), что особенно остро проявляется на региональном и муниципальном уровнях.

Как справедливо отмечается в ходе международных научных дискуссий по проблемам профилактики подростковой преступности, Россия и страны СНГ сталкиваются с сопоставимыми вызовами: «ответственность за профилактику подростковой преступности рассредоточена между множеством ведомств - органами внутренних дел, образования, социальной защиты, здравоохранения, комиссиями по делам несовершеннолетних. Однако механизмы координации их деятельности зачастую носят декларативный характер, что существенно снижает эффективность профилактической работы».

Проведённый сравнительно-правовой анализ позволяет выявить ряд системных проблем, характерных для правового регулирования и профилактической деятельности в сфере противодействия преступности несовершеннолетних в России и странах СНГ.

Проблемы уголовно-правового регулирования.

Первая проблема связана с дифференциацией возраста уголовной ответственности. В различных странах СНГ минимальный возраст уголовной ответственности варьируется (от 14 до 16 лет), а перечень преступлений, за которые ответственность наступает с пониженного возраста, имеет существенные различия. Это создаёт правовую неопределённость в случаях, когда преступление совершено на территории нескольких государств или с участием граждан разных стран.

Вторая проблема заключается в отсутствии единообразных подходов к применению принудительных мер воспитательного воздействия. В одних странах (Россия, Беларусь) они рассматриваются как альтернатива уголовному наказанию, в других (Казахстан) - как дополнительный инструмент, применяемый наряду с наказанием.

Третья проблема - недостаточная эффективность механизмов снятия судимости с несовершеннолетних. Сокращённые сроки погашения судимости, предусмотренные уголовным законодательством, на практике не всегда обеспечивают полноценную реабилитацию и ресоциализацию подростков.

Проблемы профилактической деятельности.

Первая проблема - формальный характер индивидуальной профилактической работы. Как показывают исследования, «индивидуальное предупреждение преступности несовершеннолетних должно осуществляться поэтапно, с учётом возрастных, психологических и социальных особенностей личности подростка, однако на практике нередко сводится к формальному контролю и составлению отчётной документации».

Вторая проблема - недостаточное использование восстановительных и медиативных технологий. В большинстве стран СНГ, включая Россию, программы восстановительного правосудия (примирительные процедуры, компенсация вреда, заглаживание обиды) применяются крайне ограниченно, хотя их эффективность в работе с несовершеннолетними правонарушителями доказана международным опытом.

Третья проблема - слабая профилактическая работа в цифровой среде. С учётом того, что значительная часть противоправного поведения несовершеннолетних сегодня реализуется с использованием сети Интернет и социальных сетей (кибербуллинг, распространение запрещённой информации, вовлечение через мессенджеры), существующие механизмы профилактики остаются преимущественно ориентированными на офлайн-среду.

Как отмечается в ходе международных научных дискуссий, в России и странах СНГ «отсутствует единая, концептуально оформленная государственная политика в сфере профилактики преступности несовершеннолетних, что проявляется в разрозненности программных документов, отсутствии долгосрочного планирования и чётких критериев оценки эффективности».

Кроме того, специалистами выделяются такие проблемы, как недостаточное финансирование профилактической деятельности, низкая заработная плата специалистов, работающих с несовершеннолетними правонарушителями (инспекторов ПДН, социальных педагогов, психологов), а также высокая текучесть кадров в указанных подразделениях.

На основе проведённого сравнительно-правового анализа, с учётом положительного опыта государств-участников СНГ и современных научных рекомендаций, представляется возможным предложить следующие меры по совершенствованию правового регулирования и систем профилактики преступности несовершеннолетних в Российской Федерации. Предлагаемые меры сгруппированы в соответствии с выявленными проблемами: каждое предложение направлено на устранение конкретного недостатка, установленного в ходе сравнительно-правового анализа.

Совершенствование законодательного регулирования.

В ответ на проблему расхождений в подходах к возрасту уголовной ответственности и перечню преступлений, за которые она наступает с пониженного возраста (от 14 до 16 лет), а также в целях устранения правовой неопределённости в случаях трансграничного характера преступлений целесообразна разработка и принятие модельного закона «Об основах системы профилактики правонарушений несовершеннолетних» в рамках СНГ. Такой акт позволил бы унифицировать подходы государств-участников к ключевым понятиям, принципам и институтам профилактики, что особенно важно в условиях свободного передвижения граждан и сохраняющейся интеграции в рамках Содружества.

В ответ на проблему отсутствия единообразных подходов к применению принудительных мер воспитательного воздействия (в России и Беларуси они рассматриваются как альтернатива уголовному наказанию, в Казахстане — как дополнительный инструмент, применяемый наряду с наказанием) необходимо внесение изменений в Уголовный кодекс РФ в части унификации подходов к применению принудительных мер воспитательного воздействия. Представляется целесообразным расширение перечня таких мер, а также законодательное закрепление возможности их применения на всех стадиях уголовного судопроизводства (от возбуждения уголовного дела до исполнения приговора) [2].

В ответ на проблемы недостаточной эффективности межведомственного взаимодействия, размытости ответственности между субъектами профилактики, несовершенства информационного обмена, а также недостаточной профессиональной подготовки специалистов требуется совершенствование Федерального закона № 120-ФЗ в следующих направлениях:

чёткое разграничение полномочий и зон ответственности субъектов профилактики;

законодательное закрепление механизмов межведомственного информационного обмена;

введение обязательных программ повышения квалификации для специалистов, работающих с несовершеннолетними правонарушителями;

установление критериев оценки эффективности профилактической деятельности.

Совершенствование профилактической деятельности.

В ответ на проблему недостаточного использования восстановительных и медиативных технологий необходимо внедрение восстановительных и медиативных технологий в систему профилактики. Опыт Республики Казахстан и ряда европейских стран показывает, что применение программ примирения (восстановительной медиации) позволяет не только снизить уровень рецидива, но и способствует реальному заглаживанию вреда, причинённого преступлением.

В ответ на проблему слабой профилактической работы в цифровой среде, где значительная часть противоправного поведения несовершеннолетних реализуется через Интернет и социальные сети требуется усиление профилактической работы в цифровой среде. Представляется целесообразным создание специализированных подразделений в структуре органов внутренних дел и комиссий по делам несовершеннолетних, ориентированных на выявление и пресечение противоправного поведения подростков в сети Интернет, а также на проведение профилактических мероприятий с использованием цифровых платформ.

В ответ на проблему слабой вовлечённости институтов гражданского общества в профилактическую деятельность необходимо развитие института наставничества и волонтёрства. Опыт Республики Беларусь показывает высокую эффективность вовлечения общественных организаций, религиозных объединений и волонтёрских движений в работу с несовершеннолетними правонарушителями. Такая практика требует законодательного закрепления и ресурсной поддержки.

В ответ на проблему недостаточной эффективности механизмов снятия судимости и постпенитенциарной адаптации несовершеннолетних, освободившихся из воспитательных колоний следует совершенствовать систему постпенитенциарной адаптации. Целесообразно внедрение программ социального сопровождения, включающих содействие в трудоустройстве, получении образования, восстановлении семейных связей, а также психологическую поддержку.

Реализация предложенных мер потребует: а) внесения изменений в Федеральный закон № 120-ФЗ и подзаконные акты; б) выделения дополнительного финансирования на программы медиации и цифровой профилактики; в) разработки типовых программ повышения квалификации специалистов. Ожидаемый эффект — снижение уровня рецидива среди несовершеннолетних, повышение эффективности межведомственного взаимодействия и формирование единой концептуальной основы профилактической деятельности.

В ответ на проблему отсутствия единой концептуальной основы профилактической деятельности и разрозненности программных документов представляется целесообразным активизировать сотрудничество государств-участников СНГ в сфере противодействия преступности несовершеннолетних по следующим направлениям:

регулярный обмен статистическими данными и аналитическими материалами;

проведение совместных научных исследований и международных конференций;

разработка и внедрение совместных программ повышения квалификации специалистов;

унификация подходов к правовому регулированию ответственности несовершеннолетних;

обмен положительным опытом применения профилактических технологий.

Настоящее исследование ограничено анализом четырёх государств СНГ (Россия, Беларусь, Казахстан, Узбекистан) и не претендует на исчерпывающий охват всех национальных моделей профилактики. Дальнейшее изучение темы предполагает расширение круга стран, а также проведение эмпирических исследований эффективности отдельных профилактических программ.

Проведённый сравнительно-правовой анализ преступности несовершеннолетних в России и странах СНГ позволяет сделать следующие выводы.

Современное состояние подростковой преступности на постсоветском пространстве характеризуется как общими тенденциями (снижение абсолютных показателей, преобладание имущественных преступлений, высокая групповая преступность), так и национальными особенностями, обусловленными социально-экономическими, демографическими и культурными факторами.

Системы профилактики правонарушений несовершеннолетних в России и государствах-участниках СНГ имеют общие институциональные корни, однако в последние десятилетия пути их развития разошлись. Наиболее существенные различия наблюдаются в степени внедрения элементов ювенальной юстиции, развитости медиативных технологий, а также в роли институтов гражданского общества в профилактической деятельности.

К числу основных проблем, характерных для большинства стран постсоветского пространства, относятся: недостаточная эффективность межведомственного взаимодействия, формальный характер индивидуальной профилактической работы, слабая вовлечённость общественных институтов, недостаточное ресурсное обеспечение, а также отсутствие единой концептуальной основы профилактической деятельности.

Предложенные меры по совершенствованию законодательства и систем профилактики - от унификации подходов в рамках СНГ до внедрения восстановительных технологий и цифровых инструментов - позволят повысить эффективность противодействия подростковой преступности, обеспечить защиту прав и законных интересов несовершеннолетних, а также способствовать их успешной ресоциализации. Только комплексный подход, объединяющий усилия государства, общества и научного сообщества, способен обеспечить устойчивое снижение уровня преступности несовершеннолетних и формирование у подрастающего поколения уважительного отношения к закону.