Защита авторских прав в сети Интернет нередко осуществляется при распределении инициирования, проверки обращения, принятия решения и исполнения между разными участниками. Сходство технического результата затрудняет определение правовой природы соответствующих действий. Цель исследования состоит в установлении гражданско-правовых критериев квалификации неюрисдикционной защиты и юридических ролей её участников. Используются формально-юридический, системный, функциональный и сравнительно-доктринальный методы. Обосновывается необходимость совместно устанавливать юридическое основание конкретного поведения, принадлежность юридически значимого решения, выполняемую участником функцию и связь решения с непосредственным исполнением. Показано, что инициатива правообладателя, частный статус исполнителя и эффективность технического ограничения сами по себе не определяют квалификацию. Применение предложенных критериев позволяет разграничить самостоятельное осуществление способа защиты управомоченным лицом, добровольное исполнение требования, нормативно обусловленное инфраструктурное реагирование, самостоятельное платформенное решение и исполнение чужого, в том числе юрисдикционного, акта.

Copyright protection on the Internet frequently involves a division of functions between the right holder, the addressee of a request, an online intermediary and a technical executor. The same technical outcome may result from legally different decisions. This article develops civil‑law criteria for qualifying non‑jurisdictional protection and identifying the legal roles of its participants. The study employs doctrinal, systemic and functional methods and analyses Russian legislation and case law. It argues that the legal basis of specific conduct, attribution of the legally significant decision, the function performed by the participant, and the relationship between that decision and its actual implementation must be examined together. An initial notice, the private status of the executor or the effectiveness of a restriction is insufficient on its own. The criteria distinguish protection exercised by an entitled person, voluntary compliance, legally prescribed intermediary action, independent platform decision-making and execution of another person’s decision, including a binding jurisdictional act.