При расследовании коррупционных преступлений сведения о договорённостях, передаче вознаграждения и движении активов могут сохраняться в цифровой форме. Однако обнаружить такие сведения недостаточно: необходимо установить их происхождение и получить их с соблюдением процессуальных требований. В статье исследуются особенности собирания и оценки цифровых следов по делам о коррупции. Сопоставляются подходы к их правовой природе и отнесению к вещественным доказательствам либо иным документам. Рассматриваются применение ст. 164.1 УПК РФ, получение данных с удалённых ресурсов, участие специалиста и использование результатов оперативно-розыскной деятельности. Основной вывод касается разграничения технической целостности данных и их достоверности в уголовном процессе. Совпадение контрольных сумм позволяет проверить неизменность массива, но не устанавливает, кто создал информацию, кому принадлежит учётная запись или криптовалютный кошелёк и связана ли операция с коррупционным преступлением. Предлагается закрепить специальные правила обращения с цифровой информацией, дополнить требования к её фиксации и определять обязательность участия специалиста с учётом технической сложности получения данных и риска их утраты.

In corruption investigations, records of agreements, payments and asset transfers may be available in digital form. Finding these records is only the first step: their origin must be established and procedural requirements for obtaining them must be met. This article examines the collection and evaluation of digital traces in criminal corruption cases. It compares approaches to their legal nature and classification as physical evidence or other documents. The discussion covers Article 164.1 of the Russian Criminal Procedure Code, access to remotely stored data, specialist involvement and the use of information obtained through operational-search activities. The central argument is that technical integrity and evidentiary reliability require separate assessment. Matching hash values help verify that a data set remains unchanged, but do not establish who created the information, who controls an account or cryptocurrency wallet, or whether a transaction is connected to a corruption offense. The article proposes specific procedural rules for handling digital information, more detailed documentation requirements and a differentiated approach to mandatory specialist involvement based on the technical complexity of data acquisition and the risk of data loss.