Сальдирование в контексте понимания сделки по закону о банкротстве

Введение

Понятие сделки по Федеральному закону от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) имеет большое значение в контексте оспаривания сделок несостоятельного должника. Несмотря на данное в ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определение, в соответствии с Законом о банкротстве вышеупомянутое понятие значительно отличается. В связи с появлением института сальдирования продолжают возникать вопросы касательно его правовой природы и его соотношения с зачетом.

Предметом настоящего исследования является институт сальдирования в контексте понимания сделки по Закону о банкротстве. Целью работы является изучение понятия «сделка» по Федеральному закону № 127-ФЗ и анализ роли сальдирования в процессе оспаривания сделок должника. При написании статьи были использованы такие методы исследования как формально-юридический, системный, исторический.

Основная часть

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В свою очередь в Законе о банкротстве напрямую не дается данное понятие. В соответствии со сложившимся подходом в судебной практике понятие сделки в контексте их оспаривания в делах о банкротстве понимается расширительно, то есть не соответствует определению, данному в ст. 153 ГК РФ.

Предметом оспаривания согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве являются сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника.

В судебной практике помимо этого включаются действия, направленные на исполнение любых обязательств должника; совершенные третьими лицами сделки за счет должника; ненормативные правовые акты, оформляющие сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника и проч [9]. В п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 перечисляются действия, которые могут быть оспорены, а именно направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством и другими отраслями законодательства РФ [10]. Карелина С.А.

называет данные действия правовыми поступками (ранее совершенные действия должника) [1, с. 614].

Также согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве предметом оспаривания являются действия, направленные на исполнение судебных актов, а также иных актов органов государственной власти. Речь идет о действиях как должника, так и публичных органов.

Вопрос определения понятия сделки важен в контексте допустимости оспаривания действий, которые не подпадают под дефиницию, указанную в ст. 153 ГК РФ. Обобщая судебную практику по данному вопросу, можно отметить, что оспариваться могут не только сделки (в контексте ст. 153 ГК РФ), но и любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника [11], т.е. влекут уменьшение конкурсной массы.

Следовательно, любые действия, которые негативно влияют на имущественную массу должника, могут быть оспорены по правилам Закона о банкротстве, вне зависимости от отрасли законодательства, на основании которой возникла обязанность, на исполнении которой они направлены, что необходимо для восстановления баланса интересов сторон, а также в целях защиты кредиторов от недобросовестного поведения должника.

В литературе предлагается определение оспоримой сделки в контексте Закона о банкротстве: любые юридические факты, совершение которых причинило негативные последствия имущественному состоянию должника [2, с. 123].

В Законе о банкротстве, а именно в статьях 61.2, 61.3, выделяются специальные основания для признания действий должника оспоримой сделкой: подозрительные сделки (неравноценное встречное исполнение, сделки, совершенные в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов), сделки с предпочтением. Наличие данных оснований не исключает применение общегражданских.

К понятию сделки по Закону о банкротстве также относят и односторонние действия, например, отказ от наследства, в случае если отказ был направлен на причинение вреда кредиторам [12]. Верховный Суд Российской Федерации (далее-ВС РФ) указал на необходимость анализа мотивов отказа от наследства, чтобы разграничить законные цели и злоупотребление правом. Данное положение важно тем, что фактические действия не всегда могут быть направлены на причинение вреда кредиторам, соответственно, формального подхода недостаточно для признания сделки недействительной.

Интерес представляет институт, который не закреплен в гражданском законодательстве и является исключительно последствием правоприменения. В судебной практике в 2014 году появился институт «сальдирования». Карапетов А.Г. считает его институтом sui generis [3]. Первоначально сальдирование понималось как соотнесение взаимных предоставлений сторон по одному договору и определение завершающей обязанности одной стороны в отношении другой, посредством которого происходит автоматическое прекращение договора [13]. Суть механизма в автоматическом прекращении взаимных встречных однородных обязательств путем определения итогового сальдо - без необходимости подачи заявления о зачете и волеизъявления одной из сторон [4].

Изначально Высший Арбитражный Суд Российской Федерации (далее - ВАС РФ) распространял использование данного института в отношении договора выкупного лизинга, но не отмечал, что представляет собой подведение сальдо и является ли оно в действительности зачетом [5, с. 113-115], в 2018 году ВС РФ использует его уже в отношении договора подряда [14], а в 2019 году в отношении обязательств об уплате неустойки, в то время как в отношении должника уже началась процедура банкротства [5, с. 113- 115].

По своей правовой природе сальдирование и зачет являются схожими институтами, но не тождественными в соответствии с позицией ВС РФ.

Во-первых, согласно ст. 410 ГК РФ для прекращения обязательства зачетом необходимо наличие встречных однородных требований, срок требования к исполнению зачета может как наступить, так и нет. Для определения сальдо достаточно соотнесения взаимных предоставлений по одному договору. На данный момент судебная практика расширяет сферы применения данного института, можно определить сальдо из соотношения предоставлений по разным экономически взаимосвязанным договорам [15].

Возможны также ситуации, когда стороны самостоятельно договариваются об объединении расчетов по нескольким невзаимосвязанным договорам [16].

Во-вторых, для осуществления зачета необходимо волеизъявление стороны, в то время как сальдо определяется автоматически. В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (далее - СКЭС ВС РФ) от 29.01.2018 № 304-ЭС17- 14946 указывается, что «действия, направленные на установление сложившегося в пользу заказчика сальдо взаимных предоставлений». В соответствии с этим, можно сделать вывод, что сальдо возникает вне зависимости от осуществления от каких-либо действий, оно определяется автоматически [6, с. 39]. Из этого вытекает, что суд не определяет сальдо, он лишь констатирует факт осуществленного сальдирования, а также «разницу» между взаимными предоставлениями сторон. Для зачета обязательно наличие заявления стороны о прекращении обязательства путем зачета, в то время как сальдирование может не предполагать соглашения сторон, так как это логическое завершение совокупности экономически взаимосвязанных операций [17], более того, сальдирование допустимо, даже если договор прямо не предусматривает это условие, но оно следует из существа правоотношений [18]. Питаленко Д.Р. отмечает, что осуществление сальдирования не всегда складывается в пользу кредитора, а также в соответствии с его интересами. Конкурсный кредитор может быть не заинтересован в уменьшении своего права требования ввиду количества голосов, которыми он будет обладать на собрании кредиторов, что обеспечивает ему возможность контроля ведения процедуры банкротства. Но в связи с тем, что определение сальдо происходит автоматически, требование прекращается вне зависимости от желания кредитора, что приводит к тому, что реализация основополагающего принципа гражданского права, согласно которому участники оборота приобретают и осуществляют права своей волей и в своем интересе, просто блокируется [5, с. 119-120].

В-третьих, ст. 63 Закона о банкротстве запрещает зачет встречных требований после начала процедуры банкротства, если это нарушает очерёдность удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, зачет может быть признан недействительной сделкой [19]. Тем не менее, несмотря на внешнюю схожесть с зачетом, сальдирование не подлежит оспариванию.

Это подтверждается позицией ВС РФ, а именно п. 16 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г [20].

ВС РФ подчеркивает, что сальдирование не является сделкой, которая может быть оспорена по правилам ст. 61.3 Закона о банкротстве, так как отсутствует получение предпочтения [21]. Например, в одном из определений отмечалось, что это по своей сути не зачет, а подтверждение наличия долга в пользу одной стороны, возникшего в день, который определен сторонами в качестве расчетного [22]. Также сальдирование не нарушает конкурсного равенства при условии, что не ущемляет интересы иных участников процедуры [23].

Фактически определение сальдо нельзя оспорить не потому что отсутствует получение предпочтения, а в связи с тем, что сальдирование не является ни сделкой, ни юридическим фактом [7, с. 63-65]. Соответственно, несмотря на то, что определение сальдо встречных предоставлений внешне напоминает зачет, оно таковым не является.

Исходя из вышеперечисленной характеристики данного института, можно сделать вывод, что сальдирование не входит в понятие сделки по смыслу Закона о банкротстве, в связи с тем, что сальдо – не сделка, не юридическое действие, а также в результате его определения отсутствует получение предпочтения.

Тем не менее, несмотря на вышеуказанное, можно так же отметить, что определение сальдо встречных предоставлений влияет на конкурсную массу, и не всегда положительно. В судебной практике бывают ошибки касательно его правовой природы, сферы применения. Например, дело № А40-161457/2021, где суды (вплоть до ВС РФ) ошибочно признали простые финансовые операции для выполнения обязательства по договору сальдированием, ссылаясь на п. 16 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г. В данном случае два платежа, совершенные в течение года до возбуждения процедуры банкротства, были признаны как действия по установлению сальдо, которые были направлены на прекращение обязательств. Интересна позиция конкурсного управляющего, который отмечал, что в связи с отсутствием встречных обязательств между сторонами, платежи не могут быть признаны установлением сальдо встречных предоставлений. В данной ситуации сальдирование не может быть применено, так как это погашение существующей задолженности подрядчиком перед субподрядчиком.

Данная ситуация является примером неправильного толкования и применения вышеуказанного института, который повлек уменьшение конкурсной массы должника. Данные платежи должны оспариваться по правилам ст. 61.3 Закона о банкротстве, так как оказывается предпочтение определенному кредитору. При таком подходе любые перечисления денежных средств должником за ранее выполненные контрагентом работы являлись бы сальдированием и не могли бы квалифицироваться как совершенные с предпочтением, а следовательно, и оспорены [24].

Вышеупомянутый случай стал следствием отсутствия законодательного определения сальдирования, что поставило под угрозу соблюдение принципа равноправия кредиторов. Он показал, что позиция судов касательно данного института не является единообразной, а также сложность понимания его правовой природы и правил применения.

Более того, расширяется сфера применения сальдирования. С одной стороны, это приводит к финансовой эффективности взаимодействия сторон договора, так как данный институт позволяет эффективно выстраивать расчеты между должником и контрагентами, минимизировать объем активных платежей и снижать нагрузку на конкурсную массу [4]. Тем не менее необоснованное расширение сферы его применения может привести к нарушению баланса сторон, уязвимому положению добросовестных кредиторов. В приоритете защита интересов всех кредиторов в равной степени, а не интересы одного лица, что соответствует принципу равенства кредиторов.

Сальдирование - математическая операция, которая устанавливает разницу между встречными обязательствами сторон, возникшими из одного или экономически взаимосвязанных правоотношений. С точки зрения теории гражданского права, обязательства прекращаются из-за юридического факта – основания прекращения обязательств. В соответствии с п. 1 ст. 407 ГК РФ сальдирование не является основанием прекращения обязательств. Фактически сальдирование является зачетом, который уже в соответствии с гражданским законодательством является поименованным механизмом прекращения обязательств. Питаленко Д.Р. проводит интересную аналогию, что неслучайно в судебных решениях данный институт именуется как сальдо встречных предоставлений, а не обязательств [5, с. 120- 121].

Карапетов А.Г. отмечает, что сальдирование – это реакция судебной практики на абсолютный запрет осуществления зачета в банкротстве, и фактически является либо зачетом, либо условием договора об автоматическом прекращении взаимных долгов [3]. Мураев Н.В. так же отмечает, что определение сальдо — это технические действия, но оно фактически само по себе – зачет [8, с. 43-45].

На мой взгляд, определение сальдо не является сделкой, юридическим фактом, в связи с этим оно не подлежит оспариванию. И в результате сальдирования, действительно, не может оказываться предпочтения, так как это математическая операция, в результате которой определяется «разница» встречных предоставлений сторон. Оспариванию подлежит только сделка, в результате которой прекращаются обязательства, а не результат, который получился в результате определения сальдо. В соответствии с этим из-за сальдо не происходит выбытие из имущественной сферы должника какого-либо актива, осуществляется действие сверочного характера [25], это происходит в результате определенных юридических действий, вследствие чего конкретный кредитор получает предпочтение.

Позиция ВС РФ также сводится к тому, что посредством сальдирования не оказывается предпочтения конкретному кредитору, но на практике появляются случаи его неправильного применения, которые негативно влияют на положение кредиторов, ведут к уменьшению конкурсной массы, а также нарушает баланс интересов сторон, что не соответствует правовой природе и цели данного института. Фактически возникают случаи, при которых финансовые операции, которые должны оспариваться по правилам Закона о банкротстве, впоследствии не оспариваются в связи со сложившимся подходом к толкованию понятия сальдирования. Соответственно, необходимо правовое регулирование, которое разрешило бы все дискуссии и предотвратило бы дальнейшие ошибки на практике.

Следовательно, по своей правовой природе сальдирование не является сделкой по Закону о банкротстве, но юридические действия, которые фактически являются «оспоримой сделкой» по Закону о банкротстве, признаются определением сальдо встречных предоставлений. Выявляется некоторое противоречие между положениями актов судебной практики. В связи с чем необходимо законодательное определение сальдирования, которое станет основой для формирования единообразной судебной практики, установить критерии для признания договоров экономически взаимосвязанными и окончательно разграничить такие понятия как «сальдирование» и «зачет».

Заключение

Закон о банкротстве расширяет понятие сделки, представленное в ст. 153 ГК РФ, и включает: 1) сделки в гражданско-правовом понимании, совершенные должником; 2) сделки, совершенные третьими лицами, за счет должника; 3) действия должника, которые могут быть оспорены, а именно направленные на исполнение обязательств и обязанностей; 4) действия, направленные на исполнение судебных актов, а также актов публичных органов. В судебной практике допускается, что оспариваться могут не только сделки (в контексте ст. 153 ГК РФ), но и любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника, в том числе и односторонние действия должника.

Расширительное понимание сделки видится удачным в связи с тем, что оно учитывает сложившиеся экономические реалии, обеспечивает защиту интересов кредиторов от злоупотреблений со стороны недобросовестного должника.

Сальдирование - соотнесение взаимных предоставлений сторон договору и определение завершающей обязанности одной стороны в отношении другой, посредством которого происходит автоматическое прекращение договора.

Данный институт не закреплен на законодательном уровне и является следствием судебной практики. По своей правовой природе сальдирование и зачет являются схожими институтами, но не тождественными в соответствии с позицией ВС РФ.

Сальдо не является сделкой, юридическим фактом, не влечет получения предпочтения кредитором, что позволяет сделать вывод: сальдирование не входит в понятие сделки по смыслу Закона о банкротстве. Тем не менее вследствие отсутствия законодательного определения и единообразия судебной практики, неправильного применения данного института фактически блокируется применение правил об оспаривании сделок несостоятельного должника. Юридические действия, которые фактически являются «оспоримой сделкой» по Закону о банкротстве, признаются определением сальдо встречных предоставлений, что влечет уменьшение конкурсной массы должника.

Соответственно, необходимо установить надлежащее правовое регулирование вышеупомянутого института во избежание дальнейших противоречий и формирования единообразной судебной практики.